Статский советник Евграф Тулин [сборник] - Георгий и Ольга Арси

– Чего вам надоти? – крикнул кто-то из-за ворот.

– Вечер добрый, люди добрые. Переночевать хотели у вас. Многие орловские торговые люди говорили, что надёжные вы и ночлег приличный держите. Как нам бы это обсудить, с хозяином или ещё с кем?

Калитка открылась, вышел молодой человек, лет двадцати пяти, не знакомый Евграфу. Видимо, новый помощник. Возможно, его не было в лавке в прошлый раз. За его спиной выглядывал один из торговых мальчиков, уже известный сыщику. Приказчик приструнил собаку. Осмотрел непрошеных гостей, задал вопрос: «Оттелева говорите, с Орла? На сколько днёв? Сколько заплатите?»

– Нам бы с сыном ночь одну переночевать. Мы сами из орловских купцов. Дела были в Сергиевском, по зерну и закупкам, с купцами Сазоновыми. Завтра Тулу посмотреть хотим. Базар и мануфактуры изучить.

– Тулу, говорите? Извозчик нужон?

– Обязательно нужон! Может посоветуете кого, за хорошую плату. День в Туле. На следующий день в Москву поедем, на пыровозе.

– На поезде, тятенька! – добавил молчаливый молодой купец, чем вызвал смех приказчика.

– Цыц, без тебя знаю. Хозяин-то дома, аль на выезде по торговым? – уточнил старший торговый человек.

– Самого нет. Его степенство в Москву уехал и завтра вряд ли будет. Дела у него там по коммерческой. Так что дело можете иметь со мной, я здесь пока старший. Комнаты-то у нас есть две. Только цена устроит ли? – важно заявил новый приказчик купца Платинина.

– А сколько за одну комнату?

– Рубль за сутки каждая. Можете одну взять, там две кровати, – ответил купцам приказчик ухмыльнувшись.

– Эвося как! Да что ты? По такой цене гостиницу можно снять. У нас, в Орле, меблированная комната двадцать копеек стоит за сутки, – возмутился молодой купец.

– Но вот и иди в свой Орёл, там и поночуй! – собираясь уйти, заявил приказчик, видя их безвыходное положение.

– Не болтай, Яшка! Замучил ты меня. Жаднее чем отец твой стал. Умирать буду, воду не в кружке подашь, а в ладони. Устал я в дороге. Согласен на твои условия, но только давай две комнаты по восемьдесят копеек каждая. Храпит он сильно, хоть и молодой. Непутёвый какой-то уродился.

– По рукам. Комнаты хорошие, будете довольны, – опять засмеялся приказчик, которого подобные отношения между отцом и сыном очень забавляли.

– Но нам ещё ужин нужен хороший. Ему в комнату. Мне можно, где по-лучше, с компанией. С наливочкой. Не волнуйся, хорошо оплачу.

– Уговорил. Тебя как величать? – спросил заинтересованный выгодой приказчик.

– Егор Егорыч я. А сына моего Яшкой кличут. Не достиг он еще Егорыча.

– Егор Егорыч, по рукам. Ужин приготовим, мальцы занесут. После и сам подойду, если не против, новости послушать. Извозчика на завтра дам своего, одного из молодцов. Лошади у нас хорошие, довезут куда надо.

– Вот и хорошо, мил человек, – ответил купец.

Всё получилось, как хотел сыщик. Надзиратель ужинал с приказчиком до полуночи. Когда ужин принесли самому Евграфу, он лежал на кровати, отвернувшись к стене лицом. Узнать его тот торговый мальчик, что принес ужин, не мог. Как только начало рассветать, сыщик проснулся, оделся и разбудил надзирателя.

– Пойдем вместе выйдем во двор, – сказал шёпотом сыщик.

– Зачем это? – так же шёпотом ответил Кротов.

– Если на лай собаки кто выйдет, то внимание отвлеки. Скажи, что до ветру ходил, зубы заговори. А я в дом постараюсь проникнуть. Хотя вчера собаку я прикормил, не должна лаять. Присмотрел я, что навесной замок на дверях несложный, смогу открыть отмычкой.

Евграф зря беспокоился, собака спала. Сыщик беспрепятственно проник в дом. Для выполнения задуманного у него было около двух часов. Кротов замок повесил обратно, не забыв его вновь закрыть. Выпустить сыщика он должен был в пять часов утра. Труда для него это не представляло, так как отмычкой, на языке воров, «благодатной», он владел мастерски. Если бы Егор Егорович не служил в полиции, то был бы очень востребован в воровской жизни. Тулин давно уже получал у него уроки этого мастерства, когда имелось свободное время. Историю происхождения своих навыков Егор Егорович рассказывать наотрез отказывался, как впрочем и имя учителя который этому его обучил. В сыскной части мало кто знал о таком таланте надзирателя.

Квартирные и домовые воры – это особая категория, пользовавшаяся отдельным уважением в воровском мире. К ним относились следующие специалисты. Громилы – которые посредством порчи замков и различных противоворовских приспособлений проникали в жилища мещан и других категорий жителей государства. Тихушники – которые использовали отмычки и без повреждения замков входили в дома и квартиры. Громилы в свою очередь делились на шниферов – проникающих через стены, потолки и полы. Кабурщиков – путем подкопов различных вариантов. Скокарей – устраняющих препятствия к чужой собственности, хранящейся в помещениях с налёта, без подготовки и инструмента. Стекольщиков – вскрывающих окна липкой тряпкой. Тихушники тоже имели свои разделения. К ним относились форточники – слово говорит само за себя. Циперы – похитители верхней одежды из гардеробов парадных. Но самыми уважаемыми были специалисты по более тяжёлым охранным устройствам – сейфам, марвихеры – международные воры и кассисты – воры по сейфам и кассам. Так вот, в переводе на криминальный язык, Кротов был отличный шлессарь-тихушник.

Евграф приступил к обыску дома. Конечно, он рисковал. Если дело закончится неудачей, беды не миновать. Купец мог написать столько жалоб, что сыщику за самовольное проникновение в жилище не поздоровится. Могут и уволить с треском и шумом. Однако, он был уверен в том, что обязательно найдёт улики. В свою очередь, найденные доказательства преступной деятельности позволят задержать Платинина в кратчайшие сроки.

Дом был обычным. Внизу была лавка и контора. На втором этаже имелись жилые комнаты. Одна, из которых, явно была хозяйской, так как там находились личные вещи купца. Окна первого этажа были убраны решётками. На втором решёток не было. Мебель в комнатах была разная, без единой композиции и стиля, очень громоздкая. Возможно, бывшая в употреблении, приобретённая по случаю. На кроватях высились горы подушек. В гостиной имелись стол, скамейки, образа. Некоторые стулья, стоявшие по стенам, были накрыты чехлами, шторы были опущены. Ковры были накрыты сверху холщовыми дорожками-полосами. По ним ходить полагалось только хозяину. Воздух был не свеж и наполнен пылью. Сыщик осмотрелся и решил начать с хозяйской комнаты.

«Конечно, на Руси издавна принято хранить ценные вещи в земле. Только одному хозяину было известно, где он их закопал. Но чертежи, документы по оружию, картинки своих скопцов в земле хранить нельзя. Они отсыреют. Кроме того, тайник должен и от пожара спасти, и под рукой быть. Вариантов на самом деле не много. Или в стене где-то ниша, или в ножках железных кроватей. На худой конец, между вещами. Может, в шкафах, мебели или в книге какой», – думал Евграф, методически и аккуратно всё рассматривая, и проверяя.

Уже прошло около часа поиска, но он ничего не нашёл. Сыщик сел и задумался, поставил себя на место купца, начал фантазировать, куда бы он дел чертежи. Вдруг его внимание привлёк необычный безмен, висевший на стене в форме металлического стержня с вытянутым грузом на одном конце. Крючком для взвешивания предметов на другом. Этот простой механизм рычажных весов на самом деле был необычен. Гиря на конце весов была слишком вытянута. Весы были значительно больше всех тех, которые приходилось видеть сыщику в местах торговли. Кроме того, весы находились в комнате хозяина, а не в чулане или в лавке.

«Необычный безмен», – подумал сыщик.

Ради любопытства снял со стены, начал осматривать. Каково было удивление Евграфа, когда он увидел, что основание безмена имеет резьбу и откручивается. Выкрутив крышку в конце гири, осторожно достал оттуда скрученные в упругую скрутку какие-то куски холстов.

«Всё правильно. Тайник под рукой и не нужен никому. Если что и огонь первое время выдержит во время пожара. Умён купец. Что же там на холстах?» – почти вслух сказал сыщик, которого захватил азарт.

– Эй, лоботрясы, открывайте, живо! А не то я вам устрою, выгоню к бесам! Так-то